.RU

Э. Фромм ^ Иметь или быть? - Министерство сельского хозяйства РФ фгоу впо «Кубанский государственный аграрный...


Э. Фромм

^ Иметь или быть?

Значение различия между обладанием и бытием

Альтернатива «обладание или бытие» противоречит здравому смыслу. Обладание представляется нормальной функцией нашей жизни: чтобы жить, мы должны обладать вещами. Более того, мы должны обладать вещами, чтобы получать от них удовольствие. Да и как может возникнуть такая как можно больше – и в котором один человек может сказать о другом: «Он стоит миллион долларов?» При таком положении вещей, напротив, кажется, что сущность бытия заключается именно в обладании, что человек – ничто, если ничего не имеет.

И все же великие Учители жизни отводили альтернативе «обладание или бытие» центральное место в своих системах. Как учит Будда, для того, чтобы достичь наивысшей ступени человеческого развития, мы не должны стремиться обладать имуществом. Иисус учит: «Ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее. Ибо что пользы человеку приобресть весь мир, а себя самого погубить или повредить себе?» (Евангелие от Луки, IC, 24–25). Согласно учению Майстера Экхарта, ничем не обладать и сделать свое существо открытым и «незаполненным», не позволить «я» встать на своем пути – есть условие обретения духовного богатства и духовной силы. По Марксу, роскошь – такой же порок, как и нищета; цель человека быть многим, а не обладать многим. (Я говорю об истинном Марксе – радикальном гуманисте, а не вульгарной фальшивой фигуре, которую сделали из него советские коммунисты).

Долгие годы различие между бытием и обладанием глубоко интересовало меня, и я пытался найти его эмпирическое подтверждение в конкретном исследовании индивидов и групп с помощью психоаналитического метода. Полученные результаты привели меня к выводу, что различие между бытием и обладанием, так же как и различие между любовью к жизни и любовью к смерти, представляет собой коренную проблему человеческого существования; эмпирические антропологические и психоаналитические данные свидетельствуют о том, что обладание и бытие являются двумя основными способами существования человека, преобладание одного из которых определяет различия в индивидуальных характерах людей и типах социального характера.

^ Примеры из различных поэтических произведений

Чтобы лучше пояснить различие между этими способами существования – обладанием и бытием, – я хотел бы сначала проиллюстрировать его на примере двух близких по содержанию стихотворений, к которым покойный Д. Т. Судзуки обращался в своих «Лекциях по дзэн-буддизму». Одно из них – хокку1 японского поэта CVII века Басё (1644–1694), другое принадлежит перу английского поэта CIC века Теннисона. Оба поэта описали сходные переживания: свою реакцию на цветок, увиденный во время прогулки. В стихотворении Теннисона говорится:

Возросший средь руин цветок,

Тебя из трещин древних извлекаю,

Ты предо мною весь – вот корень, стебелек,

Здесь, на моей ладони.

Ты мал, цветок, но если бы я понял,

Что есть твой корень, стебелек,

И в чем вся суть твоя, цветок,

Тогда я Бога суть и человека суть познал бы.


Трехстишие Басё звучит так:

Внимательно вглядись!

Цветы «пастушьей сумки»

Увидишь под плетнем!

Поразительно, насколько разное впечатление производит на Теннисона и Басё случайно увиденный цветок! Первое желание Теннисона – обладать им. Он срывает его целиком, с корнем. И хотя он завершает стихотворение глубокомысленными рассуждениями о том, что этот цветок может помочь ему проникнуть в суть природы бога и человека, сам цветок обрекается на смерть, становится жертвой проявленного таким образом интереса к нему. Теннисона, каким он предстает в этом стихотворении, можно сравнить с типичным западным ученым, который в поисках истины умертвляет все живое.

Отношение Басё к цветку совершенно иное. У поэта не возникает желания сорвать его; он даже «внимательно вглядывается», чтобы «увидеть» цветок. Вот как комментирует это трехстишие Судзуки: «Вероятно, Басё шел по проселочной дороге и увидел у плетня нечто малоприметное. Он подошел поближе, внимательно вгляделся и обнаружил, что это всего лишь дикое растение, довольно невзрачное и не привлекающее взгляда прохожего.

Чувство, которым проникнуто описание этого незамысловатого сюжета, нельзя назвать особенно поэтическим, за исключением, может быть, последних двух слогов, которые по-японски читаются как «kana». Эта частица часто прибавляется к существительным, прилагательным или наречиям и привносит ощущение восхищения или похвалы, печали или радости и может быть при переводе в некоторых случаях весьма приблизительно передана с помощью восклицательного знака.

В данном хокку все трехстишие заканчивается восклицательным знаком».

Теннисону, как представляется, необходимо обладать цветком, чтобы постичь природу и людей, и в результате этого обладания цветок погибает.

Басё же хочет просто созерцать, причем не только смотреть на цветок, но стать с ним единым целым – и оставить его жить. Различие в позициях Теннисона и Басё в полной мере объясняет следующее стихотворение Гёте:


Нашел

Бродил я лесом…

В глуши его

Найти не чаял

ничего.


Смотрю, цветочек

В тени ветвей,

Всех глаз прекрасней,

Всех звезд светлей.


Простер я руку,

Но молвил он:

«Ужель погибнуть

Я осужден?»


Я взял с корнями

Питомца рос

И в сад прохладный

К себе отнес.


В тиши местечко

Ему отвел,

Цветет он снова,

Как прежде цвел.


Гёте прогуливался в лесу без всякой цели, когда его взгляд привлек яркий цветок. У Гёте возникает то же желание, что и у Теннисона: сорвать цветок. Но в отличие от Теннисона Гёте понимает, что это означает погубить его. Для Гёте этот цветок в такой степени живое существо, что он даже говорит с поэтом и предостерегает его; Гёте решает эту проблему иначе, нежели Теннисон и Басё. Он берет цветок «с корнями» и пересаживает его «в сад прохладный», не разрушая его жизни. Позиция Гёте является промежуточной между позициями Теннисона и Басё: в решающий момент сила жизни берет верх над простой любознательностью. Нет нужды добавлять, что в этом прекрасном стихотворении Гёте выражена суть его концепции исследования природы.

Отношение Теннисона к цветку является выражением принципа обладания, или владения, но обладания не чем-то материальным, а знанием. Отношение же Басё и Гёте к цветку выражает принцип бытия. Под бытием я понимаю такой способ существования, при котором человек не имеет ничего, и не жаждет иметь что-либо, но счастлив, продуктивно использует свои способности, пребывает в единении со всем миром.

Гёте, безмерно влюбленный в жизнь, один из выдающихся борцов против одностороннего и механистического подхода к человеку, во многих своих стихотворениях выразил свое предпочтительное отношение к бытию, а не обладанию. Его «Фауст» – это яркое описание конфликта между бытием и обладанием (олицетворением последнего выступает Мефистофель). В небольшом стихотворении «Собственность» Гёте с величайшей простотой говорит о ценности бытия:

Собственность

Я знаю, не дано ничем мне обладать,

Моя – лишь мысль, ее не удержать,

Когда в душе ей суждено родиться,

И миг счастливый – тоже мой,

Он благосклонною судьбой

Мне послан, чтоб сполна им насладиться.


Различие между бытием и обладанием не сводится к различию между Востоком и Западом. Это различие касается типов общества – одно ориентировано на человека, другое – на вещи. Ориентация на обладание – характерная особенность западного индустриального общества, в котором главный смысл жизни состоит в погоне за деньгами, славой и властью. В обществах, в которых отчуждение выражено в меньшей степени и которые не заражены идеями современного «прогресса», например в средневековом обществе, у индейцев зуни и африканских племен, существуют свои Басё. Возможно, что через несколько поколений в результате индустриализации и у японцев появятся свои Теннисоны. Дело не в том, что (как полагал Юнг) западный человек не может до конца постичь философские системы Востока, например дзэн-буддизм, а в том, что современный человек не может понять дух общества, которое не ориентировано на собственность и алчность. И действительно, сочинения Майстера Экхарта (которые столь же трудны для понимания, как и произведения Басё или дзэн-буддизм) и Будды – это в сущности лишь два диалекта одного и того же языка.

^ Идиоматические изменения

Некоторое изменение смыслового значения понятий «бытие» и «обладание» нашло в последние несколько столетий отражение в западных языках и выразилось во все большем использовании для их обозначения существительных и все меньше – глаголов.

Существительное – это обозначение вещи. Я могу сказать, что обладаю вещами (имею вещи), например: у меня есть (я имею) стол, дом, книга, автомобиль. Для обозначения действия или процесса служит глагол, например: я существую, я люблю, я желаю, я ненавижу и т. д. Однако все чаще действие выражается с помощью понятия обладания, иными словами, вместо глагола употребляется существительное. Однако подобное обозначение действия с помощью глагола «иметь» в сочетании с существительным является неправильным употреблением языка, так как процессами или действиями владеть нельзя, их можно только осуществлять или испытывать.

^ Давние наблюдения

Пагубные последствия этой ошибки были замечены еще в CVIII веке. Дю Маре очень точно изложил эту проблему в своей посмертно опубликованной работе «Истинные принципы грамматики» (1769 г.) Он пишет: «Так, в высказывании «У меня есть (я имею) часы» выражение «У меня есть (я имею)» следует понимать буквально; однако в высказывании «У меня есть идея (я имею идею)» выражение «У меня есть (я имею)» употребляется лишь в переносном смысле. Такая форма выражения является неестественной. В данном случае выражение «У меня есть идея (я имею идею)» означает «Я думаю», «Я представляю себе это так-то и так-то». Выражение «У меня есть желание» означает «Я желаю»; «У меня есть намерение» – «Я хочу», и так далее».

Спустя столетие после того, как Дю Маре обратил внимание на это явление замены глаголов существительными, Маркс и Энгельс в «Святом семействе» обсуждали эту же проблему, но только более радикальным образом. Их критика «критической критики» Бауэра включает небольшое, но очень важное эссе о любви, где приводится следующее утверждение Бауэра: «Любовь… есть жестокая богиня, которая, как и всякое божество, стремится завладеть всем человеком и не удовлетворяется до тех пор, пока человек не отдаст ей не только свою душу, но и свое физическое «я». Ее культ, – это страдание, вершина этого культа – самопожертвование, самоубийство».

В ответ Маркс и Энгельс пишут: «Бауэр превращает любовь в «богиню», и притом в «жестокую богиню», тем, что из любящего человека, из любви человека он делает человека любви, – тем, что он отделяет от человека «любовь» как особую сущность и, как таковую, наделяет ее самостоятельным бытием». Маркс и Энгельс указывают здесь на важную особенность – употребление существительного вместо глагола. Существительное «любовь» как некое понятие для обозначения действия «любить» отрывается от человека как субъекта действия. Любовь превращается в богиню, в идола, на которого человек проецирует свою любовь; в результате этого процесса отчуждения он перестает испытывать любовь, его способность любить находит свое выражение в поклонении «богине любви». Он перестал быть активным, чувствующим человеком; вместо этого он превратился в отчужденного идолопоклонника.

^ Современное словоупотребление

За два столетия, прошедших после Дю Маре, тенденция заменять глаголы существительными приобрела такие масштабы, которые даже он сам едва ли мог предвидеть. Вот типичный, хотя, возможно, несколько утрированный, пример из современного языка. Представим себе, что некто, нуждающийся в помощи психоаналитика, начинает свою беседу с ним со следующего заявления: «Доктор, у меня есть проблема, у меня бессонница. Хотя я имею прекрасный дом, чудесных детей и у меня счастливый брак, я испытываю беспокойство». Несколько десятилетий назад вместо «у меня есть проблема» этот пациент, вероятно, сказал бы «я обеспокоен», вместо «у меня бессонница» – «я не могу заснуть», а вместо «у меня счастливый брак» – «я счастлив в браке».

Современный стиль речи свидетельствует о наличии высокой степени отчуждения. Когда я говорю «у меня есть проблема» вместо «я обеспокоен», субъективный опыт как бы исключается: «я» как субъект переживания заменяется на объект обладания. Я преобразовал свое чувство в некий объект, которым я владею, а именно в проблему. Но слово «проблема» – это абстрактное обозначение всякого рода трудностей, с которыми мы сталкиваемся. Я не могу иметь проблему, потому что это не вещь, которой можно обладать, в то время как проблема мною владеть может. Иными словами, я сам себя превратил в «проблему», и вот теперь мое творение владеет мною. Такой способ выражения обнаруживает скрытое, бессознательное отчуждение…

Условия изменения человека и черты нового человека

Если верна предпосылка, что от психологической и экономической катастрофы нас может спасти только коренное изменение характера человека, выражающееся в переходе от доминирующей установки на обладание к господству установки на бытие, то встает вопрос: возможно ли вообще массовое изменение человеческого характера, а если возможно, то каким образом оно может произойти?

Я полагаю, что характер человека может измениться при следующих условиях:

1. Мы страдаем и осознаем это.

2. Мы понимаем, каковы причины нашего страдания.

3. Мы понимаем, что существует путь, ведущий к освобождению от этих страданий.

4. Мы осознаем, что для освобождения от наших страданий мы должны следовать определенным нормам и изменить существующий образ жизни.

Эти четыре пункта соответствуют четырем благородным истинам, составляющим суть учения Будды и касающимся общих условий человеческого существования, а не каких-то конкретных случаев неблагополучия, являющихся следствием конкретных индивидуальных или социальных обстоятельств.

Тот же самый принцип изменения человека, который характерен для буддизма, лежит в основе представления Маркса о спасении. Чтобы понять это, необходимо иметь в виду, что для Маркса, как он сам говорил, коммунизм был не конечной целью, а лишь определенной ступенью исторического развития общества, призванной освободить людей от тех социально-экономических и политических условий, при которых они теряют человеческий облик и становятся рабами вещей, машин и собственной алчности.

Первый шаг, предпринятый Марксом, должен был показать рабочему классу – самому отчужденному и несчастному классу в то время, – что он страдает. Маркс стремился разрушить иллюзии, мешавшие рабочим осознать всю глубину их бедственного положения. Второй его шаг должен был показать причины их страданий, которые, как он подчеркивал, коренятся в природе капитализма и в таких свойствах характера, порождаемых капиталистической системой, как алчность, корыстолюбие и зависимость. Этот анализ причин страданий рабочих (и не только рабочих) послужил главным импульсом для работы Маркса – анализа капиталистической экономики.

Третий его шаг должен был показать, что от этих страданий можно избавиться, лишь уничтожив порождающие их условия, и, наконец, четвертый его шаг – открытие нового образа жизни, новой социальной системы, которая могла бы освободить человека от страданий, неминуемо порождаемых прежней капиталистической системой.

Такова же, в сущности, и фрейдовская схема лечения больных. Пациенты обращались к Фрейду потому, что они страдали и осознавали, что страдали. Но, как правило, они не осознавали, от чего они страдали. И обычно первая задача психоаналитика состоит в том, чтобы помочь пациенту расстаться с иллюзиями, мешающими ему понять, в чем суть его страданий, и осознать реальные причины его заболевания. Диагноз природы индивидуальной или социальной болезни – это, по существу, вопрос ее интерпретации, а различные интерпретаторы могут отличаться друг от друга в своих подходах. Однако, как правило, при определении диагноза следует меньше всего полагаться на субъективные представления пациента о причине его страданий. Суть психоаналитического процесса лечения – помочь пациенту осознать действительные причины его болезни.

Зная эти причины, пациенты могут сделать следующий шаг, а именно понять, что их болезнь излечима, если будут устранены порождающие ее причины. По Фрейду, это означает восстановить подавленные воспоминания пациента об определенных событиях, имевших место в детстве. Традиционный психоанализ, однако, не считает четвертый этап обязательным. Многие психоаналитики, по-видимому, полагают, что уже одно осознание того, что подавлялось, дает терапевтический эффект. Часто так и происходит, особенно в тех случаях, когда пациент страдает от строго определенных симптомов, как, например, в случае истерии или навязчивых состояний. Однако я не верю в возможность достичь длительного положительного эффекта у тех пациентов, страдания которых не ограничиваются столь определенными симптомами и которым необходимо изменить свой характер; этот эффект не будет иметь места, пока они не изменят свой образ жизни в соответствии с теми изменениями характера, которых они хотят достичь. Можно, например, анализировать зависимость того или иного индивида вплоть до второго пришествия, но все эти попытки будут безуспешными, если не изменится сама жизненная ситуация, в которой оказался пациент до того, как ему открылись причины этой зависимости. Вот вам один простой пример: женщина, причины страданий которой лежат в ее зависимости от отца – даже если она и осознала глубинные причины этой зависимости, – не выздоровеет до тех пор, пока реально не изменит свою жизнь, скажем, не разъедется со своим отцом, не откажется от его помощи, не решится на риск и неудобства, которые неизбежны при такого рода практических попытках обрести независимость. Само по себе осознание причин заболевания без практических шагов к изменению жизненной ситуации остается неэффективным.

^ Новый Человек

Функция нового общества – способствовать возникновению нового Человека, структура характера которого будет включать следующие качества:

– Готовность отказаться от всех форм обладания ради того, чтобы в полной мере быть.

– Чувство безопасности, чувство идентичности и уверенности в себе, основанные на вере в то, что он существует, что он есть, на внутренней потребности человека в привязанности, заинтересованности, любви, единении с миром, пришедшей на смену желанию иметь, обладать, властвовать над миром и таким образом стать рабом своей собственности.

– Осознание того факта, что никто и ничто вне нас самих не может придать смысл нашей жизни и что только полная независимость и отказ от вещизма могут стать условием для самой плодотворной деятельности, направленной на служение своему ближнему.

– Ощущение себя на своем месте.

– Радость, получаемая от служения людям, а не от стяжательства и эксплуатации.

– Любовь и уважение к жизни во всех ее проявлениях, понимание, что священна жизнь и все, что способствует ее расцвету, а не вещи, власть и все то, что мертво.

– Стремление умерить, насколько возможно, свою алчность, ослабить чувство ненависти, освободиться от иллюзий.

– Жизнь без идолопоклонства и без иллюзий, поскольку каждый достиг такого состояния, когда никакие иллюзии просто не нужны.

– Развитие способности к любви наряду со способностью к критическому, реалистическому мышлению.

– Освобождение от нарциссизма и принятие всех трагических ограничений, которые внутренне присущи человеческому существованию.

– Всестороннее развитие человека и его ближних как высшая цель жизни.

– Понимание того, что для достижения этой цели необходимы дисциплинированность и реалистичность.

– Понимание того, что никакое развитие не может происходить вне какой-либо структуры, а также понимание различия между структурой как атрибутом жизни и «порядком» как атрибутом безжизненности, смерти.

– Развитие воображения, но не как бегство от невыносимых условий жизни, а как предвидение реальных возможностей, как средство положить конец этим невыносимым условиям.

– Стремление не обманывать других, но и не быть обманутым; можно прослыть простодушным, но не наивным.

– Все более глубокое и всестороннее самопознание.

– Ощущение своего единения с жизнью, то есть отказ от подчинения, покорения и эксплуатации природы, от истощения и разрушения ее, стремление понять природу и жить в гармонии с ней.

– Свобода, но не как произвол, а как возможность быть самим собой: не клубком алчных страстей, а тонко сбалансированной структурой, которая в любой момент может столкнуться с альтернативой – развитие или разрушение, жизнь или смерть.

– Понимание того, что лишь немногим удается достичь совершенства по всем этим пунктам, и вместе с тем отсутствие амбициозного стремления «достичь цели», поскольку известно, что подобные амбиции – всего лишь иное выражение алчности и ориентации на обладание.

– Счастье всевозрастающей любви к жизни, независимо от того, что уготовано нам судьбой, ибо жизнь в меру своих сил приносит человеку такое удовлетворение, что едва ли остается место для беспокойства о том, чего он мог бы еще достичь.

Д. Х. Брук

Наука и религия: историческая перспектива

Взаимодействие науки и религии:
некоторые предварительные соображения

Естественные науки в течение своей истории наделялись религиозным смыслом, приобретали антирелигиозную окраску, а во многих отношениях вообще никак не были связаны с религией. Цель настоящей книги – пролить некоторый свет на реально существовавшие связи между теориями о природе и теориями о Боге. Однако, …стоит только задаться вопросом о взаимоотношениях между «наукой» и «религией» в прошлом, перед нами немедленно встают проблемы. Дело не только в том, что граница между двумя этими понятиями со временем менялась, но и в том, что вырывать их из исторического контекста некорректно и чревато анахронизмами.

Как, например, поступить, с эволюционистом Генри Драммондом, который в конце XIX века утверждал, что невозможно говорить о примирении христианства с эволюцией, поскольку они представляют собой одно и то же? В своем пылком откровении – книге «Восхождение человека» (1894) – Драммонд признает борьбу за существование по Дарвину, но говорит также о борьбе за существование своих ближних. Первая была необходима для эволюционного процесса, так как в ее ходе отдельные особи сражаются за доступ к жизненным ресурсам. Но, – считает Драммонд, – вторая играла не меньшую роль: ведь после того, как развился человеческий разум, самопожертвование, сотрудничество и материнская любовь стали вносить свой вклад в выживание сообществ, в которых поощрялись эти добродетели. Христианство и эволюция в конечном счете едины, так как оба указывают на единый метод творения; оба имеют своей целью создание более совершенных существ. И так как обоим им не обойтись без альтруистической любви, Драммонд получает основания говорить об их неразрывном союзе. Эволюция подразумевает прогресс не только тела, но и духа.

Многие современники Драммонда знали, как ему ответить. Светские критики видели в его теории неудачную попытку христианина-евангелика приспособить богословие к неотвратимой угрозе со стороны науки. Не смог Драммонд, несмотря на тесную дружбу с евангеликом Д. Л. Муди, угодить и более консервативным евангеликам в своем окружении. «На меня нападают и рвут на части», – сетовал он после выступления на конференции в Нортфилде 1893 года.

Однако, неясно, должен ли историк следовать примеру его противников. Не более ли достоин Драммонд, с точки зрения человека конца ХХ века, невнимания, нежели нападок? Предать его теорию забвению несложно на том основании, что его попытка слить воедино науку и религию была на самом деле недоразумением. Наше столетие видело столько движений против объединения научного и религиозного языков, что мы можем, по чисто философским критериям, признать, что Драммонд заблуждался. В глазах тех, кто считает научный и религиозный дискурсы двумя четко различающимися языковыми играми, и тех, кто отделяет учение о творении от теорий о физическом мире, попытка Драммонда сочетать свою веру с эволюционной наукой предстает не более чем жалкой ошибкой.

Но для историка трудность состоит в том, что утонченные разграничения, порожденные ХХ веком, не всегда оказываются наиболее чувствительным инструментом для понимания проблем, как они были сформулированы в прошлом. В каждом поколении существуют свои Генри Драммонды, наводящие мосты между богословием и своей наукой. Если начать со слишком надменного отношения к ним, мы можем недосчитаться некоторой части своего интеллектуального наследия, а также упустить из виду те моменты, которые имели важнейшее значение для понимания слова «наука» как практикующими учеными, так и их аудиторией.

Рассмотрим, например, три отличия, обыкновенно упоминаемые учеными при сопоставлении нашего научного века с былыми эпохами, когда господствовала магия. Наука, – говорят нам, – действует в рамках мировоззрения, которое рассматривает природные явления как результат действия безликих сил. Напротив, религиозные и магические системы включают в себя личностных богов, духов или демонов. Научные исследования узаконены общепринятыми процедурами проверки, богословские же начинания характеризуются догматизмом. Религии требуют богослужения, церемоний и жертв, в то время как для западной науки эти виды деятельности чужды.

Исходя из этого, науку и религию обычно отделяют друг от друга. Однако, более пристальное рассмотрение истории науки дает нам более сложную картину. Пусть наука занимается безликими силами, а религия – богами, обладающими личностью; но само слово «сила» несет в себе религиозное значение, и даже Исаак Ньютон (1642–1727), описывая действие силы тяготения математическими уравнениями, все же приписывал ее всемогущему Богу. Его критик Готфрид Вильгельм Лейбниц (1646–1717) обвинял Ньютона в том, что тот выдает действие гравитации за нескончаемое чудо.

Контраст между самокритикой в науке и некритичным духом религии не следует абсолютизировать. Научные теории нередко пользовались всеобщим признанием, хотя, по мнению критиков, были обречены на гибель. Вспоминая симпозиум в Сент-Луисе, выдающийся химик-органик Герберт К. Браун отметил реакцию на его предположение о том, что многие из предполагавшихся неклассических структур ионов углерода имеют слабое экспериментальное обоснование. Он надеялся на критическое переосмысление этой области. Но вместо этого на него стали «нападать и рвать на части». Предположения Брауна были объявлены «ересью и вызвали чуть ли не «священную войну» за доказательство моей неправоты». С другой стороны, вряд ли можно говорить, что дух самокритики и обновления отсутствует в религиозной сфере, если одной из проблем, вставших перед официальными церквами, была задача сдерживания бурных реформистских течений и разгула сект.

Возможно, что наука не содержит очевидного эквивалента религиозному призыву к богопочитанию. Однако, в конце ХVII века находились ученые – в том числе Роберт Бойль (1627–1691) и Джон Рэй (1627–1705), – которые относились к научному исследованию как к одной из форм богослужения. Образ природы как храма, а ученого как жреца достиг своего законченного выражения в личности Бойля. Как изысканную музыку лучше всего оценит опытный музыкант, так и мастерство Бога при сотворении мира может прославить лишь умелый препаратор. В этом храме природы случались даже откровения. Прозрения, которые современный химик приписал бы удаче, Бойль называл «многозначительными намеками», полученными от более великого химика, чем он сам…


bezopasnost-truda-na-predpriyatii-2.html
bezopasnost-upravleniya-setyu-bezopasnost-v-elektrosvyazi-i-informacionnih-tehnologiyah.html
bezopasnost-vedeniya-gornih-rabot-i-gornospasatelnoe-delo-zadachami-izucheniya-disciplini-yavlyayutsya.html
bezopasnost-vzaimootnoshenij-vopros-garantij-otnosheniya-mezhdu-postavshikami-i-pokupatelyami-na-promishlennih-rinkah.html
bezopasnost-zhiznedeyatelnosti-byulleten-novoj-literaturi-postupivshej-v-fond-nauchnoj-biblioteki-chgpu.html
bezopasnost-zhiznedeyatelnosti-gosudarstvennij-obrazovatelnij-standart-visshego-professionalnogo-obrazovaniya.html
  • zadachi.bystrickaya.ru/temi-kursovih-rabot-po-uchebnoj-discipline-ugolovnoe-pravo-obshaya-chast.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/vsyo-eto-bilo-vozmozhno-igor-vladimirovich-vinokurov-nikolaj-nikolaevich-nepomnyashij-kunstkamera-anomalij.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/polozhenie-po-vidu-deyatelnosti-polozhenie-o-rabochej-programme-uchebnoj-disciplini-modulya-po-fgos-vpo.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zheke-osali-sharuashiliti-bar-ekendg-turali-anitama-beru-memlekettk-krsetletn-izmet-reglament-zhalpi-erezheler-zheke-osali-sharuashiliti-bar-ekendg-turali-anitama-beru.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/bezrabotica-v-rossii-dannie-na-1992g-chast-3.html
  • letter.bystrickaya.ru/metodicheskoe-obespechenie-korrekcionnogo-obrazovaniya.html
  • college.bystrickaya.ru/1-zasedaniya-pravitelstva-sankt-peterburga-plan-raboti-komiteta-po-obrazovaniyu-sankt-peterburga-na-aprel-2011-goda.html
  • literatura.bystrickaya.ru/sabati-masati-funkciyani-asietterne-sjene-otirip-tedeuler-men-teszdkterd-sheshud-aliptan-tis-dstern-krsetu.html
  • institut.bystrickaya.ru/strasburg-ne-ukaz-vedomosti-gazeta-moskva-liliya-biryukova-natalya-kostenko-polina-himshiashvili24-06-2011-11-stranica-39.html
  • esse.bystrickaya.ru/programma-prebivaniya-kulturno-delovoj-missii-sankt-peterburga-v-gorodah-partnerah-pusan-tegu-inchhon-i-provincii-partnere-chhunchhonbuk-to-respublika-koreya-08-15-oktyabrya-2011-goda.html
  • literature.bystrickaya.ru/diplomatiya-bibliograficheskij-ukazatel-dekabr-2005-g-dekabr-2006-g.html
  • institut.bystrickaya.ru/tema-3-informacionnie-buhgalterskie-sistemi-1-professionalnij-buhgalter-i-ego-status.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-po-discipline-sd-06-ekonomika-nedvizhimosti.html
  • abstract.bystrickaya.ru/213-tipologiya-organizacionnih-struktur-uchebno-metodicheskij-kompleks-informacionnie-resursi-disciplini-uchebnoe.html
  • college.bystrickaya.ru/18-vologzhan-ne-opredelilis-za-kogo-budut-golosovat-na-viborah-11-marta-boris-grizlov-monitoring-smi-1-marta-2007-g.html
  • textbook.bystrickaya.ru/harakteristika-uchebnih-programm-po-obrazovatelnim-oblastyam-obrazovatelnaya-programma-municipalnogo-obsheobrazovatelnogo.html
  • uchitel.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-ochnaya-forma-obucheniya-po-ds-03-osnovi-prirodoobustrojstva-naimenovanie-disciplini.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/preddiplomnaya.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/temi-referativnih-vistuplenij-uchebno-metodicheskij-kompleks-po-discipline-sociologiya-vklyuchaet-v-sebya-rabochuyu.html
  • gramota.bystrickaya.ru/xix-ezhegodnij-mezhdunarodnij-kongress-novie-tehnologii-gazovoj-neftyanoj-promishlennosti-energetiki-i-svyazi.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/tema-osobennosti-organizacii-truda-na-sovremennom-etape.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/valter-shellenberg-memuari-labirint-stranica-50.html
  • composition.bystrickaya.ru/pardzhanya-das-suhumi-chajtanya-chandra-charan-das-kak-ya-prishel-v-soznanie-krishni.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/kompleksnaya-programma-socialno-ekonomicheskogo-razvitiya-kochkovskogo-rajona-stranica-2.html
  • reading.bystrickaya.ru/konsultirovanie-semi-po-povodu-slozhnostej-vo-vzaimootnosheniyah-s-detmi-e-v-ziryanova-gl-ii-4-gl-iv-5.html
  • abstract.bystrickaya.ru/24-pryamougolnij-kontur-s-tokom-v-odnorodnom-magnitnom-pole-konspekt-lekcij-sankt-peterburg-2009-udk-532-6075-8-bbk-v334ya73.html
  • crib.bystrickaya.ru/istoriya-rukopisej-i-izdanij-biblii.html
  • literatura.bystrickaya.ru/sozdanie-soveta-i-rabochej-gruppi-dlya-razrabotki-i-upravleniya-programmoj-izmenenij-i-dopolnenij-obrazovatelnoj-sistemi-shkoli.html
  • apprentice.bystrickaya.ru/yakutskij-gorodovoj-kazachij-peshij-polk.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-13-svetlovolosij-malchik-udobno-raspolozhilsya-na-krovati-podlozhiv-pod-spinu-podushku-tak-chto-pochti-sidel.html
  • esse.bystrickaya.ru/referat-po-himii-podgotovlen-almaz.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/metodicheskoe-posobie-po-soderzhaniyu-i-remontu-zhilishnogo-fonda-mdk-2-04-2004.html
  • thesis.bystrickaya.ru/prikaz-ot-24-avgusta-2007-g-n-74n-ob-utverzhdenii-ukazanij-o-poryadke-primeneniya-byudzhetnoj-klassifikacii-rossijskoj-federacii-stranica-22.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-chetvertaya-gazel-karen-bliksen-proshaj-afrika.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/mezhrajonnaya-ifns-rossii-10-po-kaliningradskoj-oblasti-soobshaet-o-provedenii-20-i-21-aprelya-2012-goda-dnya-otkritih-dverej-na-podvedomstvennoj-territorii-dlya-na.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.